Ровно через пять минут Даника прибыла в Королевские покои. Она постучалась и, только после того как услышала разрешение Короля, девушка вошла.

 

Он, как обычно, сидел за столом, и работал над свитком. Он даже не взглянул на неё, после того как она вошла.

 

«На колени». Король промокнул в чернилах кончик своего пера.

 

Даника опустилась на колени и низко наклонила голову.

 

«Подойди».

 

Она на коленях проползла к нему. Когда она оказалась рядом с ним, её колени немного болели. Но Даника была полна решимости быть хорошей.

 

Он взял исписанный свиток и аккуратно отбросил его в сторону. Он взял свежий свиток. «Раздевайся».

 

Её руки метнулись вперёд, и она быстро стала расстёгивать пуговицы на своей форме. Одну за другой она расстёгивала пуговицы, и наконец-то, закончила. Даника через голову сняла одежду и бросила её на пол. Нижнее бельё отправилось туда же.

 

После того как Даника обнажилась перед ним, она в ожидании опустила голову. Наконец-то он посмотрел на неё. Его взгляд скользнул по девушке, но лишь на мгновение. Даже если он был удивлен покорности и даже раболепию с её стороны, то на его лице это никак не отразилось.

 

Он продолжал быть холодной и бесчувственной бездной.

 

Он протянул ей пустой свиток, чернила и два пера. «Ты умеешь писать? Я прав?» «Да, Господин».

 

«Ты ещё умеешь читать».

 

Теперь это был не вопрос, но, тем не менее, она ответила. «Да, Господин».

 

Он дал ей другую книгу: настоящий учебник. «Открой на тринадцатой главе. Это письмо патриархам из Лондона. Прочти и переведи этот свиток».

 

«Да, Господин».

 

своей работе. Даника читала, переводила в уме и записывала

 

колен не было, и поэтому, как и все рабы, она продолжала стоять на коленях и выполняла приказ, терпеливо ожидая, пока он даст своё разрешение

 

стояла на коленях и писала. Когда она услышала

 

удобнее на полу, не прекращая при этом писать.

и писать. А тем женщинам, которые не

и писать не нужно было вообще. Они занимаются домашними делами,

 

её спальне была целая библиотека, когда она жила

 

Нет нужды ворошить прошлое. Она

 

молча. Когда закончила

 

и протянула свиток Королю; он взял и внимательно изучил

 

такую отличную работу. Это первая реакция, которую она увидела на

 

угрюмо похвалил.

 

Он проводил её обратно в Королевский двор, и она сидела у

 

была рада, что ей не придётся опять видеть всех этих королей...

можешь знать свою судьбу.

 

за ним. Он никогда не промолвил ни слова. Никогда не замечал её. Его лицо было, как

 

на неё взгляды людей, когда она проходила мимо. Женщины смотрели на неё с ненавистью и завистью. Мужчины изо всех сил старались

 

слуг и несколько рабов. Они смотрели на неё

 

вызывает

 

ЖЖ

 

после утомительный стирки многочисленных вещей, принадлежащих как горничным, так

 

лежала на кровати, когда вошла Баски. «Вот бальзам для тебя. Видела, как ты стираешь бельё. Знаю, что такая

 

женщину с любопытством. Баски села

 

Он смягчил боль в её теле сразу же. «Благодарю». Она проговорила

 

направилась к выходу. «Кто такая Ремета?»

 

это имя?» «Люди смотрят на вас с жалостью, когда вы проходите мимо, показывают на вас другим и шепчутся. Я каждый раз слышу имя

 

Баски вернулась и снова достала бальзам. «Ремета - это моя дочь. Хотя, она больше так не думает, но тем не менее это правда».

 

«Почему она больше так не думает?» Баски ничего не ответила. Вместо этого она достала тряпочку и вылила на неё коричневую жидкость из маленькой бутылочки. Она втирала лекарство в покрытые синяками руки, и Даника вздрогнула, так как её руку пронзило жжение.

 

«Это должно притупить боль, прежде чем ты это поймёшь, и всё будет в порядке».

Просто пояснила Баски.

 

«Благодарю», - сказала Даника, когда Баски закончила и закрыла бутылку и бальзам.

 

«Ремета была рабыней Короля. Ей было всего четырнадцать лет, когда это произошло. Женщины-рабыни - это не люди, а просто красивые животные с интимными местами, поэтому возраст здесь не имеет значения. Четыре короля посетили её», - промолвила она, пристально глядя на Данику.

 

«Что!?» Глаза Даники сразу же наполнились слезами.

 

«Другие рабы так сильно завидовали, что хотели быть похожими на неё. Иметь милость Короля. Год спустя король Кон приказал принести ведра воды и заполнить резервуар на заднем дворе. Он дал очень мало времени для выполнения такой сложной работы, и в конце концов Ремета не смогла закончить вовремя» - продолжила Баски, не смотря на девушку.

 

«Он достал горячие кнуты и отхлестал её. Пятнадцать шрамов - вот как он украсил её маленькую спину. Один шрам поперёк уха сделал её глухой и теперь она едва слышит».

 

Даника вскрикнула от ужаса, и Баски отвернулась. «Он приказал трём охранникам удовлетворить свои сексуальные желания, пока кровь вытекала из её уха и спины».

 

Даника ничего не могла ответить, слёзы текли из её глаз ручьями. Оказалось, что она больше не может смотреть на Баски. Она чувствовала такую сильную скорбь и вину.

 

Голос Баски дрогнул, и она, казалось, сдерживала слёзы. «Моя маленькая девочка умирала, она билась в конвульсиях, лежа на земле, тогда, когда третий стражник хотел удовлетворить свою похоть. Она была рабыней всю свою жизнь, но то что происходило тогда, причиняло ей невероятную боль. Король Кон приготовил для неё кое-что ещё, прежде чем король Люсьен спас её. Он разорвал свои цепи, выбежал на улицу и убил последнего охранника, который был рядом с ней».

 

«Король Кон сурово наказал его за это. Прошло шесть месяцев, но моя маленькая девочка всё ещё оправляется от всего произошедшего. Она не видела ни заката, ни восхода солнца уже шесть месяцев».

 

Баски встала с кровати и направилась к двери. Даника не знала, что сказать, она потеряла дар речи. Она чувствовала себя такой виноватой, что не могла вытянуть из себя ни слова.

 

Неудивительно, что Баски сердилась на неё, когда девушка называла короля Люсьена чудовищем. Король Люсьен не был монстром. Именно её отец - вот кто был отцом всех монстров.

 

Она — остановилась у — выхода и  Может быть, поэтому я не испытываю искренней жалости к тебе, моя дорогая, потому что я знаю, что Король с тобой весьма сдержан. Может именно твой отец сделал всех нас чудовищами». Неудивительно, что все эти люди её так ненавидят, с болью думала Даника. Она размышляла, как её отец сурово наказал Люсьена за то, что тот вмешался в дело Реметы.

 

Баски покачала головой. «Но ты знаешь, дорогая. Вы должны — продолжать наслаждаться тем, что он сдерживает себя. Я знаю, что его любовница приходит удовлетворить его всякий раз, после встреч с тобой, и ты должна понимать, какое это благо. Я бы не пожелала этого тебе, но тот день, когда он полностью откроет тебе свою волю, - это день, когда ты поймешь, насколько сильно твой отец причинил ему вред». Она тихонько закрыла за собой дверь.


 

Bình Luận ()

0/255